Якутск — город, который растёт прямо на глазах. Ещё десять лет назад мы удивлялись точечным застройкам в центре, а сегодня уже привыкли к тому, что кварталы меняют облик стремительно, почти как в столичных мегаполисах. Новые жилые комплексы, современные общественные пространства, отремонтированные дороги — всё это, безусловно, делает жизнь комфортнее и безопаснее. И всё же у каждого из нас, кто хоть раз проходил по старым улочкам, застроенным деревянными двухэтажками, есть чувство, которое сложно назвать просто ностальгией. Это — тревога. Деревянная архитектура Якутска — это уникальное наследие, которое при грамотном подходе может стать туристической жемчужиной, предметом гордости горожан и примером того, как традиции могут сосуществовать с современностью. О том, как сегодня в городе решается эта непростая задача, какие конкретные шаги предпринимает администрация, и есть ли у деревянных кварталов шанс на вторую жизнь, мы беседуем с начальником Управления культуры и духовного развития Окружной администрации города Якутска — Сарданой Семёновной Брызгаловой.
Залог — это не просто район, а живой музей под открытым небом
— Сардана Семеновна, существует ли в Управлении культуры и духовного развития Окружной администрации города Якутска системный реестр объектов деревянной архитектуры города, которые не находятся под государственной охраной как памятники, но представляют, по Вашему мнению, историческую или культурную ценность? Если да, не могли бы Вы поделиться этим списком с нашими читателями?
— Официального, утверждённого ведомственного реестра именно в таком виде в Управлении культуры и духовного развития Окружной администрации города Якутска нет. По закону системным учётом объектов, которые имеют статус памятника (то есть находятся под государственной охраной), занимается профильный государственный орган — Управление по охране объектов культурного наследия Республики Саха (Якутия).
— Что Вы могли бы назвать яркими, но ещё не потерянными примерами деревянной архитектуры в Якутске, которые, на Ваш взгляд, заслуживают сохранения хотя бы в качестве градоформирующих объектов?
— Если хочется почувствовать настоящий дух старого города — отправляйтесь в Залог. Это не просто район, а живой музей под открытым небом, где деревянные дома рассказывают истории громче любого гида. Вот несколько адресов, куда действительно стоит заглянуть:
Чернышевского, 38 — дом Емельяна Ярославского Здесь жил человек с удивительной судьбой: революционер, соратник Ленина, но при этом уроженец якутской земли. Дом словно хранит эхо бурных событий начала XX века.
Строда, 8 — дом атамана Казанцева Редкий пример крепкой городской усадьбы казаков-первопроходцев. Стены помнят времена, когда Якутск был форпостом освоения Сибири.
Чепалова, 7 — дом писателя Василия Яковлева (Далана) Место силы для всех, кто любит якутскую литературу. Здесь создавались произведения, ставшие классикой национальной прозы.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
Чепалова, 5 — дом Чепаловых Образец зажиточной купеческой застройки конца XIX века. Обратите внимание на резьбу наличников — это настоящее деревянное кружево!
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
Чепалова, 4 — дом Адама Скрябина Дом известного общественного деятеля, чья биография тесно переплетена с историей республики первой половины XX века.
Ярославского, 45 — дом купца Лепчикова Ещё один яркий представитель торгового сословия старой Якутии. Простой, но благородный силуэт здания до сих пор задаёт ритм улице.
Крупская, 5/3 — усадьба Кершенгольц. Один из немногих сохранившихся примеров комплексной деревянной усадьбы с хозяйственными постройками. Настоящая капсула времени.
Не нужно быть историком, чтобы насладиться этими видами. Скачайте приложение izi.TRAVEL (12+), включите аудиогид "Портал в прошлое" — и город заговорит сам. Телефон, наушники и любопытство — всё, что понадобится для погружения в атмосферу дореволюционного Якутска. Эти дома — не просто старые постройки. Они формируют тот самый узнаваемый, тёплый и немного сказочный облик Якутска, который так легко потерять за стеклом и бетоном новостроек. Сохранить их хотя бы как градоформирующие ориентиры — значит оставить городу его лицо.
Проект "Старый город 2" планируют реализовать к 400-летию Якутска
— Деревянные дома, даже очень красивые, имеют свойство ветшать, особенно в нашем климате. Как Управление видит механизмы их сохранения? Есть ли у города программы поддержки собственников таких домов?
— Деревянная архитектура действительно требует особого внимания, особенно в суровом якутском климате. Управление культуры и духовного развития видит решение этой задачи в комплексе мер: от создания стимулов для собственников до участия в крупных городских проектах.
Что касается поддержки собственников: прямых целевых субсидий именно на реставрацию исторических элементов (резьбы, наличников, крылец) для частных домов в городском бюджете как отдельной постоянной программы нет. Однако на практике помощь возможна в рамках других муниципальных механизмов. Например, действуют программы субсидирования текущего ремонта в деревянных домах, куда при обосновании можно включать работы по сохранению декоративных деталей — заделку трещин в резьбе, восстановление элементов крыльца, антисептическую обработку.
Ключевое условие — нужно доказать, что эти работы действительно сохраняют историческую ценность объекта, а не являются обычным косметическим ремонтом. Поэтому мы рекомендуем собственникам заранее консультироваться со специалистами Управления по охране объектов культурного наследия РС(Я) или с краеведами — они помогут грамотно составить заявку и обосновать необходимость конкретных работ. Кроме того, город развивает системные подходы.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
— Вот здесь расскажите подробно, какие системные подходы?
— Яркий пример — проект "Старый город 2" (исторический квартал Залог), который планируется осуществить к 400-летию Якутска. Задача проекта не только в сохранении отдельных домов, но и в создании целостной среды: планируется реновация территории, восстановление ряда исторических зданий, развитие инфраструктуры, которая сделает район точкой притяжения и повысит ценность сохранения деревянной застройки в глазах жителей и инвесторов.
Ещё один канал — партнёрство с некоммерческими организациями и волонтёрскими движениями. Иногда именно общественные инициативы запускают пилотные проекты по спасению конкретных объектов, и Управление готово поддерживать такие начинания, помогать с экспертизой или поиском дополнительных ресурсов. Поэтому наш главный совет читателям: если у вас есть конкретный дом, который хочется сохранить, — приходите с идеей. Мы вместе проанализируем ситуацию, подскажем, какие инструменты сейчас доступны, и поможем выстроить маршрут: от обследования и проекта до поиска софинансирования.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
"Переселение душ" для сохранения деревянного зодчества
— Известно, что недавно в городе были снесены несколько старых деревянных кварталов в рамках реновации. Проводилась ли перед сносом историко-культурная экспертиза этих территорий? Были ли выявлены объекты, представляющие ценность?
— Здесь ситуация неоднозначная: массовой полноценной историко-культурной экспертизы целых кварталов перед сносом не проводилось. Чаще всего логика была такой: в программу попадали дома, официально признанные аварийными. Приоритетом было переселение людей, а не сохранение застройки. Поэтому перед сносом в первую очередь делали техническую экспертизу (оценивали износ конструкций), а не историко-культурную. При этом отдельные проверки случались. Например, когда встал вопрос о сносе дома по улице Дзержинского, 8/1 (бывший следственный изолятор НКВД), Департамент жилищных отношений Якутска официально запросил мнение ЯРО ВООПИК. Краеведы изучили вопрос и заключили: здание не имеет признаков объекта культурного наследия. Правда, историки отметили одну деталь, которую предложили сохранить: дверь камеры предварительного заключения со смотровым отверстием — её попросили передать в Дом-музей "Якутская ссылка". То есть даже в таком случае реакция была: не просто "сносим", а с попыткой выделить и спасти потенциально ценный элемент.
Были и другие случаи, вызывавшие споры. Например, активно обсуждали снос дома на улице Короленко, 46. Эксперты и активисты указывали на его значение для облика старого Якутска, но в итоге сошлись: это типовая постройка 1950-х годов, она не состояла в реестрах охраны, поэтому с юридической точки зрения не являлась памятником.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
— Существует ли в Якутске или в республике практика "переселения душ" — то есть переноса деревянных домов, признанных ценными, но стоящих на пятне застройки, на новое место? В других городах России такие примеры есть: дом разбирают, перевозят, собирают заново, реставрируют. Насколько это применимо в наших условиях?
— Такая практика действительно есть — и в Якутске её не просто применяют, а выстраивают в целую концепцию сохранения деревянного зодчества. Так что термин "переселение душ" в этом контексте довольно точно передаёт суть: дом физически перемещают, чтобы спасти его от сноса и вписать в новый исторический контекст. В рамках проекта "Якутск деревянный. Залог" (его ещё называют "Старый город — 2") несколько ценных деревянных домов перенесли на территорию Охранной зоны № 2 в районе Залога.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
Среди них:
- Дом художника Валериана Васильева. Раньше стоял на ул. Кирова, 7/11, а после переноса получил адрес ул. Ярославского, 45/1. Идут работы по восстановлению дома.
- Летняя дача купца Гавриила Никифорова (Манньыаттаах уола). Её переместили с Сергеляхского шоссе на участок около ул. Крупской, 3/4. Идут работы по восстановлению дома.
- Также планировали перенести и восстановить дом, в котором жил писатель Д. К. Сивцев-Суорун Омоллоон (ул. Чернышевского, 26). Но дом сгорел, был проведен телемарафон для сбора средств по восстановлению дома. Дом будет восстановлен на прежнем месте.
Работы часто шли в связке с концессионными соглашениями: город привлекал инвесторов, которые брали на себя не только перенос, но и последующую реконструкцию, а также создание инфраструктуры на новой территории. При этом процесс не запускали без согласования: в делах участвовали специалисты Департамента по охране объектов культурного наследия РС(Я) и активисты ЯРО ВООПИК — они оценивали ценность объекта, помогали с документацией и контролировали, чтобы при переносе и восстановлении сохранили аутентичные детали.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
— Насколько это применимо в наших условиях?
— С одной стороны, опыт показывает: метод работает, когда есть чёткая цель — сохранить облик и историю конкретного места. С другой — есть и сложности, которые важно учитывать:
Если дом сильно разрушен, ослаблен, имеет скрытые дефекты, перенос может быть рискованным: при подъёме и монтаже есть шанс, что конструкция даст трещину или перекос. Поэтому перед решением всегда проводят детальное обследование.
Новый участок должен быть пригоден для установки фундамента под перенесённый сруб — нужно учитывать уровень грунтовых вод, глубину промерзания, риски осадки.
Перенос — процедура недешёвая и трудоёмкая. Нужно продумать маршрут, подготовить площадку, задействовать спецтехнику. Иногда экономически целесообразнее провести масштабную реставрацию на месте.
Ключевой момент: чтобы перенести дом, нужно чётко обосновать его ценность и согласовать действия с органами охраны наследия. Если объект не имеет статуса памятника или выявленного объекта культурного наследия, процедура усложняется.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
"Ветхость" и "историческая ценность" в глазах горожан часто сливаются в одно
— Когда мы говорим о деревянной архитектуре, часто сталкиваемся с проблемой стихийного самостроя и "барачного" наследия, которое действительно не представляет никакой ценности и подлежит сносу. Однако я замечаю, что в общественном сознании все старые деревянные дома часто смешиваются в одну кучу — "ветхое жильё". Как Вы считаете, возможно ли изменить это восприятие?
— Да, восприятие можно и нужно менять — и в Якутске для этого уже есть рабочие инструменты. Проблема в том, что "ветхость" и "историческая ценность" в глазах горожан часто сливаются в одно: если дом покосился и потемнел, его автоматически считают "ненужным". Но это разные категории: аварийность — про безопасность и физику конструкций, ценность — про память, архитектуру, идентичность места.Что реально помогает разделять эти понятия:
- Публичная экспертиза и понятные критерии. Когда специалисты открыто объясняют: "Вот этот дом — типовой барак 1950 х, без уникальных деталей; а вот этот — купеческий с редкой резьбой, характерной для якутского деревянного модерна начала XX века", у людей появляется опора. В Якутии эту роль частично берут на себя Управление по охране объектов культурного наследия РС(Я) и ЯРО ВООПИК — они дают заключения, которые можно публиковать в СМИ и соцсетях.
- Фото— и видеофиксация "до". Если перед сносом сделать подробную съёмку квартала, а потом выпустить небольшой ролик или лонгрид "Как выглядел этот угол 50 лет назад", город начинает видеть в "бараках" слои истории. Даже типовые дома становятся ценными как свидетельства эпохи индустриализации, освоения Севера, быта 1960–70 х.
- Вовлечение горожан в "бережное" взаимодействие. Практика вроде "Том Сойер Феста" (волонтёрские покраски фасадов) работает как эмоциональный рычаг: когда человек своими руками чистит резной наличник, он перестаёт видеть в доме "развалюху". В Якутии такой формат можно адаптировать под короткий летний сезон: ограничиться консервацией, фотофиксацией, снятием элементов для музея.
Район Залога в Якутске. Фото: ИА YakutiaMedia
- Музейные и выставочные проекты. Перенесённые дома (как дача купца Никифорова) лучше всего "работают", когда рядом есть экспозиция: архивные фото, истории жильцов, чертежи, образцы резьбы. Тогда это не просто "старый дом в парке", а понятный культурный объект.
- Городская навигация и маркировка. Простые таблички или QR коды у домов ("Построен в 1912 году, редкий пример смешанной рубки для Якутска") формируют новую оптику: город сам учит жителей замечать ценность.
- Образовательные проекты в школах и вузах. Краеведческие экскурсии по кварталам, студенческие исследования по истории застройки, конкурсы проектов ревитализации — это долгосрочно меняет отношение к среде.Специфика Якутска и Севера: что усиливает эффектВ условиях вечной мерзлоты, короткого строительного сезона и высокой стоимости работ особенно важно делать акцент на прагматичной ценности наследия:
- Идентичность и туризм. Деревянный Якутск — это узнаваемый образ, который отличает город от других северных столиц. Его можно упаковывать как туристический продукт: маршруты по резьбе, "деревянные" сувениры, гастрономические точки в отреставрированных домах.
- Экономика места. Реставрация и приспособление старых домов под кафе, мастерские, мини отели создают рабочие места и повышают капитализацию района. Это понятный аргумент и для жителей, и для властей.
- Память о конкретных людях и событиях. Дом становится ценнее, когда у него есть "человеческое лицо": табличка о писателе, который там жил, или о семье старожилов. В Якутии с её сильными родовыми и территориальными связями такой подход особенно резонирует.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
— Где уже есть подвижки в Якутске?
— Проекты вроде "Якутск деревянный.Залог" фактически делают эту работу: переносят дома, создают вокруг них контекст, показывают, что деревянная архитектура — это не "проблема", а ресурс.• Краеведческое сообщество и специалисты регулярно поднимают тему, дают экспертные комментарии, помогают с обоснованиями — то есть создают публичную рамку для различения "ценного" и "неценного".
В медиа и соцсетях появляются локальные инициативы, которые показывают старые кварталы не как "трущобы", а как часть городской истории. Что можно сделать прямо сейчас(если участвовать в изменении восприятия).
1. Собрать "банк аргументов" по конкретному кварталу: старые фото из фондов Национального архива РС(Я), воспоминания старожилов, краткие справки об архитектуре.
2. Сделать небольшой цифровой маршрут с метками и короткими текстами — его легко распространять в городских чатах.
3. Обратиться в Управление культуры или к краеведам с предложением провести совместную экскурсию или лекцию: это даёт официальный статус инициативе.
4. Предложить СМИ партнёрство: репортаж "Один квартал — три эпохи" с участием историка, архитектора и жителя дома.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
Идентичность Якутска
— Учитывая Ваше профессиональное видение, какую роль, по Вашему мнению, деревянная архитектура играет в формировании идентичности Якутска?
— Деревянная архитектура для Якутска — это не "ностальгический штрих", а один из главных маркеров городской идентичности. И в эпоху типовой застройки именно она даёт городу узнаваемое лицо — то, что нельзя скопировать панельной высоткой или стандартным ТРЦ.
— В чём конкретно её роль для идентичности Якутска?
— Материальная память о разных эпохах. Деревянные дома фиксируют, как город рос: купеческие особняки с резьбой — про дореволюционный торговый Якутск, "бараки" и типовые дома 1950–60 х — про индустриализацию, освоение Севера, переселения. Даже аварийные кварталы — это слои истории, а не просто "ветхость".
Связь с климатом и технологиями. Рубленые дома, высокие крыльца, плотные кварталы, ориентация по сторонам света — всё это северная архитектура, выработанная практикой. В ней читается адаптация к суровым условиям, и это ценно само по себе: это не "случайная застройка", а ответ на мерзлоту, ветра и короткий строительный сезон.
Эстетика, которую нельзя воспроизвести бетоном. Резьба, наличники, балкончики, ампирные колонны на дереве — это особый художественный язык. Он создаёт уникальный городской рисунок, который мгновенно считывается как "якутский".
Судьба деревянного Якутска: старый город. Фото: ИА YakutiaMedia
Опора для локальной культуры и нарративов. Дома становятся точками притяжения для краеведения: биографии купцов, писателей, старожилов, семейные истории. Так архитектура превращается в "скелет" городских легенд и экскурсий, в основу локальных брендов.
Туристический и экономический ресурс. Узнаваемый образ "деревянного Якутска" можно использовать для маршрутов, сувениров, фотозон, событий. Это повышает привлекательность города и создаёт рабочие места в креативной экономике. Почему это не "безвозвратно утраченная эстетика "Утрата — это не неизбежность, а следствие выбора приоритетов. В Якутске уже есть механизмы, которые позволяют сохранять и возвращать ценность:
Перенос и восстановление. Проект "Якутск деревянный. Залог" — прямое доказательство, что "переселение" домов реально и работает как инструмент сохранения. Примеры с домом художника Васильева и дачей купца Никифорова показывают: можно не только спасти объект, но и дать ему новую функцию.
Консервация и музеефикация. Даже если дом нельзя использовать как жильё, его можно сохранить как экспонат: с пояснениями, фото, историей. Это тоже форма "жизни" здания.
Вовлечение горожан. Когда люди видят, что дом не просто "сносят", а изучают, фиксируют, переносят, отношение меняется. Появляется чувство причастности и ответственности за среду.
Маркировка и навигация. QR таблички, городские карты, экскурсии делают невидимую ценность видимой: жители и туристы начинают замечать детали, которые раньше не видели.
Судьба деревянного Якутска: между прошлым и будущим. Фото: ИА YakutiaMedia
— Можно ли совместить "деревянное прошлое" и "современное будущее"?
— Можно — и именно такой баланс даёт городу устойчивость и характер.
Варианты интеграции:
- Смешанная застройка. Новые кварталы проектируют так, чтобы они не "затирали" оставшиеся деревянные дома, а подчёркивали их: понижают этажность по периметру, делают общественные пространства, где старые дома становятся акцентами.
- Референсы в новых материалах. Элементы деревянной архитектуры (ритм наличников, пропорции окон, рисунок резьбы) можно цитировать в отделке фасадов, малых формах, ограждениях. Это не имитация, а стилистическая преемственность.
- Приспособление под современные функции. Кафе, мастерские, мини отели, коворкинги в отреставрированных домах — это способ сделать наследие экономически жизнеспособным.
- Развитие модульных и энергоэффективных решений. Для нового строительства в условиях Севера используют современные технологии, но при этом сохраняют масштаб и ритм исторической среды.
Специфика Севера: что важно учитывать:
• Мерзлота и долговечность. Дерево в северных условиях требует особого ухода: антисептиков, вентиляции, правильного водоотвода, грамотного фундамента. Без этого даже лучший проект быстро деградирует.
• Экономика сохранения. Реставрация и перенос дороги, поэтому нужны субсидии, налоговые льготы, концессии, партнёрство с бизнесом.
• Баланс безопасности и ценности. Аварийные дома нельзя оставлять без контроля, но и нельзя автоматически приравнивать "аварийность" к "отсутствию ценности".
Судьба деревянного Якутска: улица Чепалова. Фото: ИА YakutiaMedia
Нужна прозрачная экспертиза и понятные критерии. Практический взгляд: что это значит для ваших интересов. Учитывая, что вы интересовались сохранением деревянной архитектуры и программами поддержки, деревянная застройка — это не только про "красоту", но и про:
• Финансовые инструменты: субсидии, льготы, концессионные соглашения, гранты на проекты ревитализации.
• Документальную базу: реестры объектов культурного наследия, выявленные объекты, заключения экспертов, которые помогают обосновывать ценность.
• Публичную повестку: медиа, экскурсии, волонтёрские проекты — они меняют восприятие и создают давление в пользу сохранения. Деревянная архитектура
Якутска — не "уходящая натура", а ресурс, который можно и нужно развивать. Будущее города не обязано быть исключительно из современных материалов: сила Якутска как раз в умении сочетать новое с тем, что уже доказало свою ценность временем.
— Сардана Семеновна, спасибо за интересную беседу и экскурс в историю деревянной архитектуры Якутска.
