Общество. 25 ноября 2015, 11:15
Никто не смог повторить успех WhatsApp - гендиректор Венчурной компании "Якутия" . Фото: редакция новостей СВФУ
Секреты бизнеса

Никто не смог повторить успех WhatsApp - гендиректор Венчурной компании "Якутия"

Виктор Будищев рассказал о трендах и перспективах выхода якутских компаний на внешние рынки, преимуществах и недостатках экосистемы стартапов

25 ноября 2015, YakutiaMedia. О развитии IT-технологий в Якутии, об успехе мессенджера WhatsApp, о трендах и перспективах выхода якутских компаний на внешние рынки, преимуществах и недостатках экосистемы стартапов рассказал в своем интервью редакции новостей СВФУ гендиректор Венчурной компании "Якутия" Виктор Будищев. Об этом сообщает ИА YakutiaMedia.

Венчурный рынок основан на рисках

— Российский венчурный рынок отражает некоторые общемировые тенденции. Эксперты считают, что значительная доля всех отечественных венчурных инвестиций идет в область интернет-проектов, особенно электронной коммерции. Как у нас обстоят дела?

— Для начала я объясню, почему инвесторы вкладываются в интернет-проекты. Электронная коммерция, "хай-тек" – это быстрорастущие сегменты. Но это вовсе не означает, что венчурные проекты связаны только с интернетом. Если посмотреть международный опыт, то венчурные фонды финансируют все, допустим, производство этих же стаканчиков для кофе, их крышек и тому подобное.

— У вас также есть свои исключения – производство красок, консервы…

— Да, это реальный сектор. Нужно сказать, что компания "Бигэ", которая производит краски, только начинает свою работу, и у них все впереди. Чего только стоит одна их магнитная краска черного цвета! Это реальная инновация для нас.

Конечно, мы не впереди планеты всей. Совсем недавно в Якутске прошла ассамблея Северного форума, в рамках которой состоялся съезд губернаторов. Там отметили, что все-таки Север – специфическая территория. Здесь суровый климат, плотность населения другая…

— Вам не кажется, что эти, как вы сказали, "специфические условия" – морозные зимы и отдаленность − становятся неким защитным аргументом. Местные власти и крупные компании − все ссылаются на наши "дикие" условия. Почему дороги плохие? Потому что вечная мерзлота… Не пора ли как-нибудь адаптироваться?
— Действительно, в условиях вечной мерзлоты очень сложно строить дороги. Просто в мире не существует мест, где бы много людей жили в подобных условиях. Якутск − единственный город в мире с таким количеством проживающих, расположенный выше 60-й параллели.

Рынок инноваций, который формируется в других странах, скажем, на Западе или в Азиатских странах, рассчитан на миллиарды людей. У нас же, на территории 1/5 страны проживает всего миллион человек. Все инновации, все прорывные технологии делаются для семи миллиардов населения планеты. Я думаю, что человечество могло бы научно решить все наши проблемы, связанные с суровым климатом и тд. Но ради миллиона людей, никто новинку, в том числе и в строительстве дорог, внедрять не станет. Это очень большие фундаментальные инвестиции в науку и производство. Иными словами – инновации там, где большинство жителей планеты, там, где есть рынок.

Поэтому в большей мере все это – только наша проблема. Тот же мост, который сейчас все обсуждают. Вы только представьте, толщина льда достигает шести метров. Какая опора выдержит, когда начнется ледоход? Я повторюсь: в мире нет ничего подобного. И в этом наша уникальность, единичность.

— В советское время были передовые научные открытия в области авиации, судостроения, ядерной энергетики, космонавтики, но как отрасль народного хозяйства IT не существовала. Как преодолеть этот барьер? Может, это и есть вызов новому поколению?
— У нас есть некая заторможенность. Мы начали жить в условиях рыночной экономики только в девяностые годы. Если бы волна рыночной экономики дошла чуть раньше, Россия могла бы набрать обороты развития быстрее, чем есть сейчас.

Кто какими капиталами оперирует – тот впереди

— Вы много посещаете международные профессиональные "тусовки" – форумы, конференции. К вам не относятся как к провинциалам из далекой Якутии с локальными стартап-проектами?
— Весь мир – это отдельно взятые кусочки. Что считать провинцией, тоже вопрос. Другой вопрос, какими капиталами мы оперируем…

— Как говорится, дело уже не в территориях, а в финансах…

— Я начал говорить о том, как продвигать стартапы на рынок. Стартап – это проект, который с помощью венчурных инвестиций может выйти на оборот 50-100 миллионов в год. Проблема именно в том, как и кому продать компанию, у которой хороший денежный поток, который генерирует 50-150 миллионов рублей чистой прибыли. У населения Якутии нет денег, чтобы купить компанию за 150 миллионов, а для выхода на биржу, выпуска акций и IPO − мы маленькие.

Не скрою, что в западных странах условия для стартапов несколько лучше. Условия созданы специально для частных инвесторов, которые могли рефинансировать инвестиции венчурных фондов. Тем самым толкая проект дальше. А у нас продать компанию с выручкой 100 млн рублей в год – проблематично.

В условиях, когда лидерами интеллектуальной собственности оказываются американские компании, а производители из стран БРИКС остаются в тени…
— Да, мы пытаемся доказать всему миру, что у нас есть что-то свое. Давайте лучше думать, почему так получается? Почему наши программы и продукты не доходят до мирового потребителя? В этом ключевой вопрос.

Что касается развития IT-технологий, то, на мой взгляд, идей много, а довести их до всего мира сложно. У нас в стране живет 140 с небольшим млн граждан. Но никто не смог повторить успех мессенджера WhatsApp. Казалось бы, так просто. Но почему-то этот проект смог только в Америке реализоваться. Наша задача – выйти на рынок, а не учиться делать проекты.

Может из-за этого и наблюдается чрезмерная забота государства венчурного бизнеса?
— Это сильно сказано. Есть поддержка, а чрезмерной заботы нет. Есть компании, которые нуждаются в поддержке.

Как найти идеи? Вот в чем вопрос?
— Есть такой парадокс: ученые говорят, что нет денег для разработок, а инвесторы – хороших идей, чтобы вложиться.

— Это очень правильный вопрос. Каждый перекладывает вину друг на друга, что является самым легким объяснением. Что хочет инвестор? Ему нужно вложить средства и получить прибыль без рисков, чтобы был реальный доход. Этого хочет и государство. А также частник, который вложился в проект.

У нас есть хорошие проекты, их, без преувеличения, много. Но, к сожалению, доходность этих проектов сомнительная. Любой проект, который к нам приходит, должен обладать перспективной доходностью.

Инвестор – он не Дед Мороз, он не дарит подарки. Это наша ментальность – ждать подарков. А получив деньги, никто не желает ими делиться. Я об этом очень много говорил, это моя больная тема.

У нас предприниматели пока не научились работать с инвесторами. Пока что инвестор – это либо "Дед мороз" с подарком либо банк с кредитом. Владельцу ИП сложно объяснить, что кроме его самого, есть еще другой собственник, есть другой хозяин. Предприниматель привык принимать решения сам, он еще не научился учитывать требования инвестора и работать с ним в команде. При этом инвестор не всегда принимает участие в оперативном, ежедневном управлении компанией.

— Не кажется ли вам, что якутским стартаперам в условиях низкой конкуренции в маленьком регионе легче найти своего инвестора? Например, провели конкурс "Идея на миллион", ребята пришли и выиграли – вот проблема и решена, инвестор найден…

— Почему мы провели "Идею на миллион"? Вовсе не для того, чтобы кто-то получил этот миллион. А для того, чтобы мотивировать и вовлекать молодежь, студентов в ряды предпринимателей. Вот и все. По секрету скажу, что мы всегда открыты, любой может подойти со своими идеями, не обязательно ждать конкурса.

Мы работаем с декабря 2011 года. Конкурс "Идея на миллион" прошел только в этом году. Почему? Потому что к нам никто самостоятельно не приходит. А конкурсы – это удобно и для них, и для нас.

Сейчас мне студенты звонят, спрашивают, когда будет следующий конкурс. Я им говорю: "Если у вас хороший проект, подавайте заявку без конкурса".

— А есть поток "умов и идей"?

— Если бы у меня был такой поток, причем перспективный и надежный, я бы мог не ходить на работу. Мы бы сразу профинансировали в эти проекты все деньги, которые есть у фонда, и начали бы заниматься проектами.

— В чем проблема? Нет хороших работ?

— Большинство посетителей приходят с проектами малой доходности и высоких рисков. Лично я считаю, что заниматься бизнесом без прибыли ради процесса – это глупо. Мы раскладываем весь проект по полочкам. Показываем самому заявителю какие риски, сколько у него будет доход, и сколько сил и энергии ему нужно будет вложить. Как правило, после тщательного анализа проектов, многие сами не хотят заниматься тем, чем планировали.

— Ваша задача – вкладываться не только в молодых людей. Есть много разных состоявшихся ученых с интересными научными проектами…

— Венчурный фонд вкладывает средства в рисковые бизнес-проекты. Чем выше риск – тем выше доходность. Это основное правило экономики. К сожалению, у нас доходность ограниченная, искусственная. В Якутии хороший бизнес в среднем приносит 30-40% годовых в рублях, доходности выше − нет.

Если доходность бизнеса 30% годовых, то он может нести кредитную нагрузку, а 5-10% останется на зарплату и прочие расходы. Какая сейчас средняя ставка в банках? Где-то 25-30%. Банк снижает риски за счет залогов, проверки кредитоспособности, анализа выручки компаний. А к нам, к сожалению, приходят люди, у которых потенциал доходности ниже, чем у клиентов банков.

Иное дело – компания "Бигэ", она уже кредитоспособна. Когда ребята пришли к нам впервые, у них за душой ничего не было. Теперь компания может самостоятельно брать кредиты.

Чтобы не было стыдно за себя

— Большинство людей говорят: "Мы не строили карьеру, все пришло со временем…" У вас как?

— Когда-то, улетая в Москву на учебу я, мечтал заниматься финансами и инвестициями. То, чем я занимаюсь сейчас, – это осознанный личный выбор. Я поступил в Академию имени Г.В. Плеханова и ясно представлял, что образование меня приведет к тому, что я имею сегодня.

Нельзя самого себя обманывать и делать то, что не приносит тебе истинного удовольствия. Работу надо делать качественно, чтобы не было стыдно за себя.

— А как самого себя обманывать?

— Очень просто. Есть люди− прирожденные врачи или почтальоны, но вся душевная романтика разбивается о реалии жизни. Будучи тем же врачом или почтальоном, он не будет зарабатывать много денег. Поэтому люди идут работать в те места, где им больше платят, но от этого удовольствия они не получают. И мало того, они делают свою работу не качественно.

В бурные 90-ые, люди стали выбирать места где больше платят. Так продолжалось. Но в последнее время, может, вы заметили, в последние годы становится популярным: "Пусть я буду меньше зарабатывать, но это то, что мне нравится". У людей появилась любимая работа. Меня это очень радует.

Мы тратим большую часть своего времени на работе, поэтому это непозволительная роскошь − заниматься тем, что не по душе. Если ты себя нашел – все придет само собой. Так и строится карьера.

— Насколько вы "начальник"?

— Я, честно говоря, об этом не думаю. У нас с коллегами демократичные и простые отношения: стараюсь работу строить так, чтобы комфортно было и им, и мне. Уважение и справедливость – это пожалуй то, чем я руководствуюсь. В противном случае, можно быть начальником, но при этом тебя не будут уважать. С точки зрения психологии, такие люди срывают на других свои детские комплексы.

— Вы позволяете себе кричать на своих сотрудников?

— Никогда. Считаю, повезло, что у меня никогда не было, на мой взгляд, глупых начальников. Наоборот, мне довелось работать с людьми, у которых я многому научился.

— Вы сказали, что не любите пиариться? Разве реклама не двигатель успеха?

— Я думаю, что желание пиариться – это один из комплексов людей, которых никто и никогда не слышал. Допустим, его не замечали в школе. А теперь, имея возможности, он хочет, чтобы о нем говорили. Пиарить нужно не себя, не свою компанию, а результаты. Результаты и будут показывать, насколько вы успешны или нет. На пустом месте в формате "кто-то с кем-то встретился" делать пиар, мне кажется, не нужно. Это же ежедневная работа, обязанность человека.

— На интервью часто можно заметить желание людей передать благодарности начальству, руководству. Проще говоря, некую лесть…

— Да, есть какой-то популизм в обществе. Можно, конечно, высказав публично комплименты человеку, получить его одобрение. Только вот это стало неким правилом жизни для многих…

А вы как?

— Могу сказать о работе властей Якутии по факту. Раньше я работал в Москве и немножко вышел "из коробки". Поэтому посмотрел на свою республику глазами московского чиновника, не как на родину, а как на один из многих регионов страны. Одним словом, я научился смотреть на родину объективно. И скажу, что якутским правительством сделано объективно больше, чем в других регионах. Однозначно, у нас созданы одни из лучших условий, если сравнивать с другими регионами.

И это не лесть. Это благодарность меня как жителя. Даже если бы я не был руководителем республиканского института развития, то считал бы точно так же. Но, к сожалению, я вижу, что многие не пользуются всеми благами, которые созданы ради них. Критиковать власть рады все, а работать не хотят. Честно говорю, что в Якутии созданы институты развития, которые могут работать, но единицы делают из них реальные вещи.

© 2005—2017 Медиахолдинг PrimaMedia